Сергей Синьковский, специалист по информационной безопасности в Cisco и скрипач

В Лондоне: 5 лет

Что нравится: Часто, несмотря на суету и вечную занятость, люди здесь проявляют человеческие качества. Все бегут, все в телефонах, отключены от реальности, но когда возникает минимальный контакт с кем-то случайным, в метро или магазине, – это очень ценно.

Что бесит: Недавно я получил ILR, и уже почти ничего. Но было тяжело до того, как это случилось. Причем это такая надуманная тяжесть – когда ты уже столько времени здесь провел, что уже не можешь просто взять и уехать, если тебе вдруг захочется. Вид на жительство, а вместе с ним ощущение того, что теперь ты действительно можешь делать что хочешь, – освобождает. Любые вещи становятся не такими невыносимыми.

Любимый паб: Есть паб ближайший. И есть красивый. Не обязательно это сочетается. Обычно ты идешь в ближайший паб. С оркестром я хожу в Mad Hatter – паб как паб, сверху отель. Хороший паб – наверное, тот, в котором тебя ничего не отвлекает от того, зачем ты туда пришел.


Последние пару лет я постоянно переезжаю – то с одной квартиры на другую, то с одной комнаты в другую. Буквально живу на чемоданах. Это, конечно, интересный опыт, но выматывает. Недавно переехал в район Maida Vale – надеюсь, побуду здесь какое-то время.

До этого я больше жил в восточном Лондоне. Два года снимал квартиру на Brick Lane – буквально в центре района, в 20 метрах от главной улицы. Честно говоря, это не так круто, как кажется. Окна все время приходилось держать закрытыми, иначе от звуков машин с Commercial Road и шума толпы было некуда деться. Много туристов, наркотики прям под домом. Ну, все это интересно в какой-то мере, но после работы все же хочется отдохнуть. На Брик-лейне это очень сложно.

Как я попал в оркестр

Я окончил музыкальную школу по классу скрипки. Потом с переменным успехом, где-то раз в полгода, брал в руки инструмент. И на этом все заканчивалось. Долгое время я не решался привезти скрипку в Лондон, потому что не знал, как там на границе – выпустят с ней или до чего-нибудь докопаются. В какой-то момент все же решился и привез – проблем не было.

Начал играть дома и подумал – ну наверное, здесь есть оркестры какие-то или группы, к которым можно присоединиться. Стал искать. Нашел сайт amateurorchestras.org.uk, там огромная простыня страниц на 25 – таблица со всеми любительскими музыкальными ансамблями Лондона. Насколько я знаю, такое количество любительских музыкальных групп есть только в Лондоне.

Определение «любительского» расплывчатое. Наверное, это люди, которые не зарабатывают музыкой деньги, при этом играть умеют. Со мной в оркестре все с очень разным бэкграундом – есть юристы, программисты, работники благотворительных организаций. Днем – основная работа, а раз в неделю вечером – оркестр, где можно поиграть Чайковского или Бетховена, или, например, музыку из «Звездных Войн» Джона Уильямса.

Хотя, конечно, среди такого количества есть оркестры совершенно разного уровня. Первая моя попытка была с оркестром для совсем начинающих – он так и называется “East London Late Starters Orchestra”. Туда приходят люди, которые начали заниматься во взрослом возрасте. Сначала я подумал: о, то, что мне нужно! Так как я долго сам не играл до этого. Шел первый раз, переживал, думал – сейчас опозорюсь.

Оказалось, со мной все лучше, чем я думал, а с остальными участниками хуже, чем я думал. Я походил туда месяц, понял, что даже через год репетиций ничего кардинально не изменится, и бросил. В любом деле важно, чтобы кто-то был заметно лучше тебя, чтобы было на кого равняться.

Следующую попытку я совершил где-то через год. Обычно любительские оркестры репетируют программу на протяжение 10-12 недель, потом дают концерты, потом небольшие каникулы, и процесс заново повторяется. Этот оркестр отличается тем, что они каждую неделю играют разные произведения и не дают концертов. Ты просто играешь с листа в свое удовольствие. В основном, такие оркестры работают как благотворительность, и участники платят небольшой взнос. Я плачу 55 фунтов за семестр, который длится 2,5 месяца.

Обычно репетиции проходят в каких-то помещениях типа церквей, потому что там дешевле аренда. После репетиции мы обычно идем в паб.

Вариантов проявить себя множество. Можно участвовать в концертах, которые ансамбли дают больницах для поддержания боевого духа. А я, например, буду играть на концерте в церкви, которая находится внутри комплекса Barbican, 21 марта. Приходите.

Как я попал в Cisco

В двух словах – я занимаюсь информационной безопасностью. Cisco – международная компания, которая известна своим сетевым оборудованием, а ее лондонский офис в основном занимается облачной безопасностью. Наш основной продукт – защищенный доступ в интернет для больших компаний.

Там я работаю чуть больше двух лет. Эту работу я искал, когда еще работал на предыдущей.

Так как я был привязан визой к старому работодателю, процесс поиска был сложнее. В принципе, сменить компанию не так сложно, но важно, чтобы компания была заинтересована в тебе. Потому что с ее стороны тоже требуются некие усилия, чтобы тебя нанять.

Первый вопрос, который я задавал, – можете ли вы проспонсировать визу. И если нет, мы дальше не общались. Поэтому много вариантов было просто не рассмотрено. В IT- сфере с этим все еще не так плохо, так как крупные компании понимают, что хорошие кадры могут прийти откуда угодно, и готовы спонсировать визы. А как искать работу в других областях, я даже не знаю – мне кажется, миссия невыполнима, если честно.

В общей сложности на поиски работы ушло месяца три. Но думаю, что если б мне не нужна была виза, я бы нашел ее за неделю.

Как я попал в Лондон

Я родился в Одессе, окончил Одесский политех и с 18 лет работаю в IT.

Одним из моих первых работодателей был стартап в Сан-Франциско – я работал на него удаленно. Но он не пережил кризиса 2008 года, всех сократили, со мной разорвали контракт. И я нашел американскую либеральную интернет-газету Huffington Post – был там веб разработчиком. Им надо было постоянно дорабатывать сайт, добавлять новые штуки, авторов статей, блогеров.

При этом я продолжал жить в Одессе.

В Лондоне я начал искать работу после первой туристической поездки сюда. Вернулся в Одессу – и начал рассылать резюме. Хотя сейчас я понимаю, что это странно с точки зрения рекрутера – получать резюме от человека из далекой страны, который говорит: «Привет, хочу у вас работать».

Но я продолжал это делать на протяжение полугода где-то – просто отправлял CV, и к лету 2013 я договорился о встречах в четырех компаниях примерно на одно и то же время. Получил туристическую визу и прилетел на собеседования. Одно из них было в Google. В три компании меня не взяли, от четвертой я сам отказался. Вернулся обратно и думаю – ну что ж, буду дальше отправлять.

И уже к сентябрю меня позвали в телеком-компанию, с которой все в итоге сложилось. Я проработал там три с половиной года и пережил четыре волны сокращений. Первая волна сокращений была месяцев через семь после моего переезда, и это был жуткий стресс. Только-только вырвался с одного места, пытаешься пустить корни в другом, а тут такое. Боялся, что придется уезжать обратно.

Сегодня мне гораздо легче привыкнуть к новому. Если надо будет поехать поработать на годик в другую страну – не вопрос вообще.

Лондон и Одесса

Лондон – это как первая влюбленность. Это всегда фантазия. Наверное, именно она, фантазия о каком-то Лондоне, меня и привлекла когда-то. За пять лет ты, конечно, понимаешь, что все здесь вообще по-другому, но эти другие вещи в итоге тоже понравились и полюбились.

К Лондону прирастаешь за 5 лет. Когда я получил вид на жительство, взял наконец в руки эту карточку – до меня дошло, что все, значит, я тут живу. Не просто работаю, чего-то пережидаю – а это и есть моя жизнь. Пять лет моей жизни.

Лондон и Одессу невозможно сравнить! Это совершенно разные масштаб, культура, скорость, ценности. Что-то есть в Одессе, что туда хочется возвращаться всегда, несмотря ни на что. И что-то есть в Лондоне такое, что, несмотря на все его недостатки, пока еще не хочется отсюда уехать совсем.

Фото: Катерина Никитина

Читайте нас в Телеграме и смотрите в Инстаграме